Есть в жизни человека числа календарные, а есть судьбоносные. Для Алексея Степановича Грецкого таким стало число 33. Именно столько лет назад он создал свое крестьянско-фермерское хозяйство. Хотя общий стаж работы на земле у него значительно больше, именно эти три десятилетия стали главным делом его жизни.

Урок отца

Родители Алексея Степановича были простыми крестьянами. Степан Федосеевич всю жизнь работал трактористом и комбайнером, Мария Антоновна трудилась разнорабочей в совхозе.
— Отец родом из Родино, а корни нашей семьи уходят в Черниговскую губернию, — рассказывает Алексей Степанович. — В 1896 году предки переехали на Алтай и поселились в урочище Черниговка. Сейчас это улица Ярославская в Родино. Помню дом прадеда — первый за последним переулком. В семье было четверо детей, и главным родительским заветом стало стремление к знаниям. Мама и отец твердо решили дать всем образование, объясняя свою позицию просто: «Лучше работать головой, чем вилами».
С ранних лет Алексей Степанович усвоил цену честного труда. Особенно врезался в память случай, ставший первым шагом к самостоятельности. Когда он учился в шестом классе, сосед-ветврач взял его и своего сына помогать на животноводческой ферме. Два двенадцатилетних мальчишки отработали там все лето. А первого сентября Алексей пришел в школу в новой одежде, купленной на собственные заработанные деньги, и с гордостью рассказывал одноклассникам, что сумел одеть себя сам.

Школа руководителя

— После восьмого класса я жил в интернате в Родино, — вспоминает собеседник. — Желания учиться дальше не было абсолютно. Сказал родителям: «Не всем учеными быть. Старший брат уже агроном, сестра — учитель, а я стану водителем». Ушел в армию, служил в Германии. Армия дала очень многое: заставила заниматься саморазвитием, научила дисциплине и порядку.
Демобилизовавшись, Алексей Степанович поступил в Алтайский сельскохозяйственный институт. Учился заочно, одновременно работая механизатором в Зеленом Луге. Затем женился, переехал в Родино и устроился инженером по технике безопасности, затем какое-то время занимался контролем хлебозаготовок. Позже был направлен главным агрономом в Раздольное. Там проработал три года.
Позднее молодых руководителей направили в Барнаул на курсы при институте повышения квалификации. Однако завершить обучение Алексей Степанович не успел:
— 19 апреля 1988 года меня назначили директором совхоза «Каяушенский». Назначение не было добровольным, меня категорически не устраивал перевод. Первый секретарь райкома партии несколько часов убеждал меня принять новое назначение. Не соглашалась и жена.
Но тогда личные желания учитывались редко — решение уже было принято. Приехав в совхоз, Алексей Степанович сформировал команду из молодых специалистов. Хозяйство было слабым: семь с половиной тысяч гектаров пашни, животноводство, масса накопившихся проблем. Работать приходилось очень много. Однако вместе с председателем сельсовета удалось решить вопросы, которые десятилетиями оставались болезненными для села.
— За четыре года мы заасфальтировали все дороги и к столетию Каяушки провели водопровод. Вода в селе была соленой и непригодной для питья. Нашли водоносные линзы, пробурили скважину и обеспечили людей качественной питьевой водой, — говорит Алексей Грецкий.
Опыт работы в Каяушке Алексей Степанович считает одним из самых важных этапов своей биографии.
— Каяушка меня закалила и дала новый толчок в жизни. Главный вывод, который я сделал: работа с людьми — самое важное для руководителя. Тогда я окончательно понял, что настоящее управление происходит не в кабинете, а в поле и на фермах.

«Я иду в ночную»

В 1992 году Алексей Грецкий принял решение стать фермером и работать только на родной земле — в Зеленом Луге. Собрал команду из братьев, родственников и друга Николая Сидоренко, с которым до сих пор идет по жизни рядом.
— Мы сделали это, чтобы получить больше земли. Люди тогда воспринимали фермеров настороженно. В итоге нам выделили территорию бывшей сельской свалки при въезде в село, а новый полигон твердых бытовых отходов перенесли в другое место.
Первый земельный участок составлял всего 1245 гектаров — три поля. Собственной техники практически не было. На кредитные деньги купили новые тракторы.
— Самые разбитые сеялки СЗС и СЗП нам передал в аренду совхоз, — вспоминает аграрий. — Не хватало средств ни на прицепную технику, ни на семена. Приходилось брать кредиты под 200 процентов годовых, а за просрочку ставка доходила до 400 процентов. Но раз начали — надо продолжать. Землю ведь не бросишь.
Именно первая посевная, по словам Алексея Степановича, помогла понять главное:
— Тогда я решил, что нужно строить не просто фермерское хозяйство, а современное предприятие, во многом похожее на хороший совхоз.
На первых порах с семенами пшеницы и овса начинающему фермеру помогли покровчане — директор и главный агроном совхоза.
А один из самых запоминающихся эпизодов связан с нехваткой топлива.
— Привез полторы тонны горючего, но этого запаса хватило всего на три дня. Нашлись и те, кто начал ворчать: «Мы пашем, а Алексей только ездит и договаривается». Тогда сказал: «Хорошо, сегодня иду в ночную». Заправил последнюю солярку, отработал смену, утром уехал домой отдыхать. Возвращаюсь к обеду — вся техника стоит. А ведь еще надо было найти топливо, договориться, где-то взять в долг. После этого подобных разговоров больше не возникало.
Первый сезон фермер вспоминает с особым чувством.
— Нам, наверное, тогда только Господь Бог помог. Земли достались самые запущенные. Многие смеялись, говорили, что там ничего не вырастет. А урожай получился на удивление неплохой, — говорит Грецкий.
На уборке Алексей Степанович сам работал на зерноочистительной машине, стоял с лопатой в руках. Ночами зерно возили на хлебоприемное предприятие в Родино. Но вовремя за него не рассчитывались. Чтобы закрыть кредит и удержаться на плаву, целый год возили по краю отходы переработки и продавали буквально с машин. Не было и складских помещений.
— Нам отдали старый амбарчик, — рассказывает собеседник. — Мы набили его зерном под самую крышу, а он не выдержал нагрузки и сложился, как карточный домик. Выгребли оттуда семена для посева, а полноценный склад смогли построить только к 1994 году. Всего в хозяйстве тогда работали две единицы техники, но даже при этом удавалось помогать соседнему совхозу. Потом отношения изменились, нас стали воспринимать как равных партнеров. Если совхоз чего-то не успевал, мы подставляли плечо. Началось настоящее сотрудничество.

Диалог с землёй

Зимой после первого сезона в хозяйстве изготовили снегопахи и два месяца занимались снегозадержанием. Это стало залогом будущего урожая. Весенняя технология тогда была вынужденно классической: отвальная и плоскорезная вспашка. Поля были сильно засорены, и, чтобы получить хоть какой-то урожай, приходилось запахивать сорняки с оборотом пласта.
Первые пять лет в среднем получали по 16–17 центнеров овса и около 15 центнеров пшеницы с гектара. От гречихи отказались сразу: урожайность в семь центнеров не оправдывала затрат. Не впечатлял и подсолнечник. Гибридов тогда еще не было, а местный сорт Кулундинец показывал невысокую отдачу.
— Севооборот для меня — это диалог с землей, — признается Алексей Степанович. — Я по специальности агроном и всегда понимал: чередование культур и паров — не график в рабочем журнале, а жизненная необходимость. Ежегодно оставляли под пар до 200 гектаров. Изначально севооборот был трехпольным: при площади в 1245 гектаров выбирать особенно не приходилось. Сеяли пшеницу, овес и подсолнечник. Чтобы система работала, земля внутри хозяйства воспринималась как единый организм — без деления на паи и участки.
Расширяться хозяйство начало в 2001–2002 годах, когда коллективные предприятия стали испытывать серьезные трудности и постепенно отказывались от части угодий.
— Первыми взяли брошенные земли в «Дзержинском», Ярославцевом Логе и Шаталовке, — говорит фермер. — К 2005 году получили у одного хозяйства 3,5 тысячи гектаров, а еще через год — дополнительно 4 тысячи.
Вот тогда стало по-настоящему тяжело. Более семи тысяч гектаров прибавилось практически одномоментно, а сил и ресурсов не хватало. Чтобы справиться с новыми объемами, зимой скупали бывшую в употреблении технику и приводили ее в порядок. К машинному парку добавили пять тракторов К-700. Старую котельную переоборудовали под ремонтный цех. К этому времени практически все механизаторы из Зеленого Луга уже работали в хозяйстве.
— Из семи фермеров к тому времени осталось только трое, — рассказывает собеседник. — В 2003 году мы с Николаем Сидоренко и Геннадием Гладышевым объединились и создали ООО «Луговое». Долго не думали над названием. Село называется Зеленый Луг, повторяться не хотелось, поэтому решили просто — «Луговое».

Опровержение теории

Практика Алексею Грецкому показала, что между институтской теорией и реальной работой в поле нередко лежит большая дистанция.
— Мы долгие годы работали исключительно по классической технологии и лишь последние десять лет начали активно внедрять минимальную обработку почвы и элементы нулевой технологии, — отметил он. — Сегодня на 26 тысячах гектаров используются обе системы. Около восьми тысяч гектаров выделили под нулевку с очесом. Уже пять-шесть лет эта технология показывает себя достаточно неплохо.
Остальная часть земель остается в традиционной системе с парами. Она тоже себя оправдывает: после пара поле в течение четырех лет способно давать урожай выше среднего. Новую информацию в хозяйстве стараются получать постоянно.
— Общаемся с коллегами, ездим на семинары, смотрим, кто и что применяет, — говорит руководитель хозяйства. — При этом я остаюсь противником большой химии. Возможно, кто-то назовет эту позицию устаревшей, но считаю, что у нас есть возможность выращивать экологически чистую продукцию, и этим преимуществом нужно пользоваться.

По течению рынка

— При такой большой посевной площади проще всего идти по уже проторенной дороге, — уверен Алексей Грецкий. — Но сегодня руководим не мы, а рынок. Очень сложно заранее угадать, что окажется востребованным через год или два, а бросаться из стороны в сторону — себе дороже. За десятилетия работы в хозяйстве хорошо изучили особенности каждого поля. Мы знаем, какая культура где показывает лучший результат, а где экспериментировать не стоит. Вводим и маржинальные культуры. Но сегодня они могут приносить прибыль, а завтра ситуация изменится.
Сейчас в хозяйстве выращивают пять основных культур и оставляют пары.
— Главная культура — пшеница, — говорит Грецкий. — Под нее ежегодно отводим около десяти тысяч гектаров. Если уменьшить площади, начнет нарушаться севооборот. Подсолнечник, например, нельзя возвращать на прежнее поле раньше чем через четыре-пять лет, даже самая сильная земля не выдержит такой нагрузки. Он максимально выносит из почвы питательные вещества. Мы всегда соблюдали севооборот: четыре года поле работает, на пятый отдыхает под паром. Подсолнечник у нас традиционно был выводной культурой. Раньше его сеяли меньше, но постепенно площади увеличиваем, потому что цена на него остается достаточно стабильной.
Спрогнозировать конъюнктуру рынка заранее непросто, считает фермер и делает расчет на то, что лен и гречиха сохранят спрос на китайском рынке. Поэтому заранее отслеживает ситуацию и работает через фирмы-экспортеры.

Технологии: помощь или игрушка?

За последние годы техника изменилась кардинально. Сегодня механизатор работает в совершенно других условиях. Кондиционеры, отопители, комфортные кабины — все это уже обычное дело.
Отдельно Алексей Степанович отмечает возможности современной навигации:
— Человек разворачивает агрегат, выводит его в борозду, а дальше трактор идет практически самостоятельно — даже руль крутить не нужно. Прогресс огромный.
С осторожностью относится руководитель к массовому использованию беспилотников, подчеркивая, что дроны можно применять на небольших площадях. Но когда поле занимает 800 гектаров, а аппарат за смену способен обработать всего около двадцати, эффективность вызывает вопросы.
— При массовом появлении вредителей мы использовали малую авиацию, — делится опытом Алексей Грецкий. — Например, во время вспышек лугового мотылька. У него несколько поколений за сезон. Если подсолнечник уже поднялся почти до двух метров, помочь бывает крайне сложно — вредитель уничтожает растения очень быстро, повреждая даже корзинки.
По мнению Алексея Степановича, сельское хозяйство остается одной из самых сложных отраслей экономики:
— У сельхозника работы столько, что трудно представить другой бизнес с таким количеством задач. Можно выпускать тракторы — и заниматься только этим. А здесь производство идет под открытым небом, зависит от множества факторов, в том числе климатических, на которые мы никак не можем повлиять.
Отдельной темой стали изменения в семеноводстве.
— Сейчас покупаешь элитные семена, а использовать их разрешается только два года подряд, — говорит аграрий. — Потом нужно снова приобретать посевной материал. Представьте задачу — обеспечить элитными семенами 24 тысячи гектаров.

Работа — образ жизни

— Для меня работа — это не просто бизнес, а образ жизни, — подчеркивает собеседник. — Мы много вкладываем в развитие Зеленого Луга. С 2000 года практически все, что делалось в селе, происходило при нашем участии: чистка дорог, вывоз мусора, благоустройство памятника, содержание кладбищ. Для меня важно, чтобы село жило. Всегда интересуюсь, сколько детей учится в школе, сколько посещает детский сад, как работает клуб. По-другому нельзя. Но и без экономики никуда. Как говорится, по одежке протягивают ножки: сколько заработали, столько и можем потратить.
Главным качеством в людях Алексей Степанович считает порядочность:
— Не люблю тех, кто в глаза говорит одно, а за спиной — другое, кто пытается создавать ненужные конфликты в коллективе. Костяк у нас в «Луговом» очень крепкий. Старшие механизаторы помогают молодым освоиться в профессии, передают им опыт, учат относиться к делу по-хозяйски. Это дорогого стоит. Коллектив дружный: ребята ответственные, подменяют друг друга, серьезно относятся к работе. И специалисты, и механизаторы — каждый находится на своем месте.

Испытания и опыт

Вполне логичный вопрос: был ли момент, когда хотелось все бросить? На него Алексей Грецкий отвечает решительно:
— Никогда. Наоборот. Особенно тяжелым для хозяйства стал 2012 год, когда случился неурожай. Мы пошли на крайние меры: закрыли все, что можно было закрыть, выключили даже кочегарку, слили воду из системы отопления и разошлись до весны. А когда подошло время новой посевной, просто поменяли масло в технике и снова вышли в поле.
По словам Алексея Степановича, пережить трудные периоды помогали дисциплина и умение отказываться от лишнего.
— У меня очень хороший компаньон — Николай Анатольевич Сидоренко. Он всегда поддерживал меня. Когда становилось особенно тяжело, у нас обязательно находился запасной вариант действий. Сокращали все необязательные расходы, использовали накопленные запасы запчастей, откладывали любые непервостепенные траты. Главная задача была одна — посеять. А уборку мы обязательно проведем.
За тридцать три года работы на земле Алексей Степанович окончательно убедился: аграрный бизнес требует не только знаний и расчета, но и особого склада характера.
— Агробизнес — это всегда про свободу, ответственность и готовность экспериментировать. За эти годы я убедился в этом лично.
В то же время малая родина для Алексея Грецкого неразрывно связана с полями.
— Там моя душа отдыхает, — признается он. — Еду по ним — и сердце успокаивается. Я ведь каждую ложбинку помню, каждый колок, каждое болотце. Все это давно стало частью меня самого. Много лет мы приводили эти земли в порядок, это уже была не работа, а забота. Очищали поля, вычищали колки и лесополосы, убирали горельники, опахивали каждый участок. Мы ведь не просто землю возделываем — мы сохраняем память о ней, стараемся, чтобы все оставалось таким, каким должно быть.
P.S. Сегодня в «Луговом» продолжается смена поколений. Учредители предприятия Алексей Степанович Грецкий и Николай Анатольевич Сидоренко отошли от оперативного управления хозяйством. С февраля 2026 года генеральным директором общества стал Алексей Алексеевич Грецкий — сын Алексея Степановича. Должность заместителя генерального директора заняла Татьяна Николаевна Литвинова — дочь Николая Анатольевича Сидоренко.
— У хозяйства хороший потенциал: сильные земли, сложившийся коллектив и понятные перспективы развития. Нужно продолжать системную работу. Хочется, чтобы у сына получилось лучше, чем у меня, — говорит Алексей Степанович.